Он решился воспользоваться ею не только потому, что долг всякого военачальника пользоваться ошибками противника, но и по необходимости. Область, которую изн..
"Ну, - думает, - если направо пойдет - пропал, а налево - мой!" Налево река луку сделала, и некуда зверю было оттуда уйти: сзади охотник, спереди река широкая, ни человеку, ни зверю не переплыть...
учка какая-нибудь у двери - конфорт первейшего свойства, так что прежде, понимаете, нужно забежать в лавочку, да купить на грош мыла, да часа с два, в некотором роде, ..
Энтони Берджесс (Burgess, Anthony) (1917–1993), английский романист, эссеист и переводчик. Родился 25 февраля 1917 в Манчестере. Учился в Манчестерском университете, который окончил в 1940. После шести лет армейской службы работал учителем, серьезно подумывал о музыкальной карьере. Герои книг Берджесса – вышедшие из церкви католики, неудавшиеся поэты и музыканты, горе-учителя, лингвисты, которые проще себя чувствуют в мире слов, нежели в реальном мире, и прочие незадачливые интеллектуалы. Действие его романов часто разворачивается в экзотических странах вроде Малайи – На исходе долгого дня (The Long Day Wanes, 1964), России – Мед для медведя (Honey for the Bear, 1963) или Гибралтара – Зримые укрепления (A Vision of Battlements, 1965); в обществе будущего – Заводной апельсин (A Clockwork Orange, 1962) или в прошлом, например в елизаветинской Англии – Совсем не солнце (Nothing Like the Sun, 1964), наполеоновской Франции – Симфония Наполеона (Napoleon Symphony, 1974) либо в Римской империи в годы раннего христианства – Царство сатаны (The Kingdom of the Wicked, 1985). Книгу Дань признательности пишущей машинке (Homage to Qwert Yulop, 1986) составили газетные и журнальные очерки; Маленький Уилсон и Большой Бог (Little Wilson and Big God, 1987) – первая книга из задуманной Берджессом автобиографии. Среди прочих произведений – Любая железяка (Any Old Iron, 1989) и Мертвец в Депфорде (A Dead Man in Deptford, 1993). Ярче всего талант Берджесса проявился в изумительном владении языком. Свое преклонение перед Джойсом Берджесс демонстрирует в книгах Что касается Джойса (Re Joyce, 1965), Прививка Джойсом: введение в язык Джеймса Джойса (Joysprick: An Introduction to the Language of James Joyce, 1973) и в собственной беллетристике. В Заводном апельсине писатель вводит в текст русские слова, в романе о Шекспире Совсем не солнце стилизует язык елизаветинцев. Герой романа Доктор болен (The Doctor Is Sick, 1960), лингвист по образованию, пленен, как он сам это называет, прибегая к аллитерации, «слиянием словес», а в романе Земные силы (Earthy Powers, 1980) сюжет и героев теснят размышления о лингвистике, Джойсе и литературе.
Умер Берджесс в Лондоне 25 ноября 1993.
Тем временем:
... Там живет народ Баии, там рождается музыка, там начинается танец:
Там, рядом с церковью Розарио дос Претос, основал когда то Будиан свою школу ангольской капоэйры . Сюда, в этот дом, пять окон которого всегда распахнуты на Ларго да Се, приходят под вечер, после работы, его ученики: они устали после трудового дня, но шутят и пересмеиваются. Под гул беримбау наносятся и отбиваются удары, проводятся приемы, их не счесть, и каждый ужасен, каждый неотразим: вот «мельница», вот подножка, вот подсечка, вот захват, вот зацеп, вот удар головой… Юноши ведут игру. Откуда только не вывезены эти удары, приемы и броски – голова пойдет кругом: из Сан Бенто Большого и Сан Бенто Малого, из Санта Марии и Каваларии, с Амазонки, из Анголы и скольких еще мест, боже ты мой! Здесь, в Баии, искусство ангольской капоэйры обогатилось и преобразилось: капоэйра все еще борьба, но уже и танец.
А местре Будиан легок, проворен и быстр, как дикая кошка, нет ему равных в силе и ловкости, никто не устоит против него, ничей удар его не настигнет – так стремителен он и прыгуч. В зале искусство свое показывают, талант свой доказывают большие мастера: Боголюб, Лодочник, Шико Лом и Антонио Везунчик, Большой Захария, Пейшото Плешь, Семь Смертей, Шелкоус и Кудряш, Висенте Привереда, Дюжина, Тибурсиньо, Шико Отдай, Заводила и Баррокинья, тот самый, о ком поют:
Мальчик, кто тебя учил?
Догадайтесь сами:
Тот, кто бороды не брил,
Полицейских всюду бил
И дружил с друзьями…
А однажды явились хореографы и обнаружили в капоэйре балетные па. За ними пришли самые разные композиторы – и хорошие люди, и подлецы, – на всех хватило нашей забавы, хватило, да еще и осталось, вот оно как. Здесь, на Пелоуриньо, в этом вольном университете творит народ свое искусство. Здесь его колыбель. Здесь всю ночь напролет распевают песни…
Ай, ай, Айде,
Научи меня игре,
Ай, ай, Айде!
А профессора и преподаватели – в каждом доме, в каждой лавке, в каждой мастерской...
