«Трепет намерения»

Загрузить книгу на мобильный телефон.

-- Когда-то,--сказал я,--ты не признавал никаких авторитетов, ты был
независим и, подобно людям эпохи Возрождения, стучался во все двери. А
теперь хочется опереться на что-нибудь. Точнее, на кого-нибудь.
-- Это удел каждого. А тогда я был еще слишком молод и неопытен.
-- Почему бы тебе не вернуться в лоно церкви?
-- Ты сошел с ума. Человек должен двигаться вперед, а не назад.
Писание--это сплошной вздор. Ты, мерзавец, знаешь об этом лучше
меня.--Несмотря на свое южное происхождение, мы крепко усвоили
брадкастерскую манеру общения.--Небось, сам-то забыл уже, когда расплевался
с религией!
-- Не забыл: когда стал работать там, где работаю сейчас. Это всего
лишь вопрос благонадежности. В моем досье указано "англиканец". Так
безопасней. Ни к чему не обязывает. Никого не оскорбляет. Ты не поверишь, в
Департаменте даже проводятся ежегодные религиозные празднества. Как ни
крути, но папа все-таки иностранец.
-- Врежь ему хорошенько,--воскликнул Роупер, имея в виду, конечно, не
папу.--Проучи его. Тебя же учили приемам рукопашного боя, дзюдо и всему
такому.
Выбей зубы этой сивой свинье.
-- На глазах у Бригитты? Не думаю, что после этого она будет испытывать
к тебе особую нежность. Если помнишь, она уже при знакомстве назвала меня
"неприятелем".
-- Тогда подкарауль его одного. Ночью. Где-нибудь на улице или возле
его дома.
-- Не понимаю, какой урок должна извлечь из этого Бригитта--истинный
объект наших стараний. Господи, по-моему, мы снова затеваем войну.
Мы подошли к метро на площади Пиккадилли. Роупер остановился посреди
тротуара и расплакался. В обращенных на него взглядах молодых людей не было
обычной в таких случаях презрительной усмешки--скорее сострадание. Новое
поколение--новые понятия о половых приличиях. Для нас же с Роупером ничего
не изменилось: все, что касалось пола, по-прежнему оставалось "мерзким".
Успокоив Роупера, я взял у него адрес, и бедняга заковылял в метро с таким
лицом, словно спускался в ад.
Просьбу Роупера я выполнять не собирался, у меня был собственный план
действий. Как Вы помните, сэр, в то время я все еще считался в Департаменте
чем-то вроде стажера. Для тренировки мне было позволено--правда, не Вами, а
майором Гудриджем--вести наблюдение за Бригиттой Роупер, урожденной
Вайдегрунд, и этим самым Вурцелем. Меня, кажется, даже похвалили за
инициативу. Каждый день после нашей встречи в Сохо я приходил к дому
Роупера, который находился неподалеку от Ислингтон-Хай-стрит. Дом был
мрачный, закопченный, с немытыми окнами (мойщики окон, должно быть, считали
ниже своего достоинства появляться в этом районе). Вдоль улицы угрюмыми
часовыми стояли ободранные мусорные баки. На одном конце улицы находился
молочный магазин, перед которым выстраивались запотевшие молочные бутылки,
на другом конце--лавка, торгующая скабрезными журнальчиками.