«Вожделеющее семя»

Беатриса Джоанна приняла еще две таблетки и отправила еще один стаканчик расщепляться на атомы с помощью огня. И тогда наконец раздался стук в дверь.

Глава 8

Тристрам постучал в дверь секретаря директора, сообщил, что его зовут Фокс и что его хочет видеть директор. Где то нажали кнопку, над дверью загорелись лампочки, и Тристраму было предложено войти. — Проходите, Братец Лис! — крикнул ему Джослин. Он сам сильно смахивал на лису и совсем не походил на францисканца, был лыс и подергивался. Джослин имел довольно высокую степень, присвоенную ему университетом Пасадены, но сам он был уроженцем Саттона, штат Западная Вирджиния. Будучи весьма — по лисьи — скромным, он не слишком распространялся о том, что приходится близким родственником Верховному Комиссару Североамериканских территорий. Тем не менее пост директора Джослин получил исключительно благодаря своим личным способностям. Благодаря им и своему совершенно безупречному бессексуальному образу жизни. — Присаживайтесь, Братец Лис, — пригласил Тристрама Джослин. — Будьте как дома. Берите кафф. Он гостеприимно показал рукой на тарелочку с таблетками кофеина, стоявшую на журнале для записей. Тристрам, улыбнувшись, отрицательно покрутил головой. — Бодрит, и именно тогда, когда это более всего нужно, — объяснил Джослин, беря две таблетки. После этого он забрался за свой стол. Послеполуденное морское солнце ярко освещало его длинный нос, синие челюсти с большим подвижным ртом и лицо, изрезанное преждевременными морщинами. — Я прослушал ваш урок, — заговорил Джослин, кивнув сначала на панель управления на белой стене, а потом на потолочный громкоговоритель. — Вы думаете, пацаны много понимают во всем этом? — А и не нужно, чтобы они все понимали очень хорошо, — возразил Тристрам. — Пусть у них будет общее представление. Эта тема есть в программе, но она не будет вынесена на экзамен. — Да да, я надеюсь, что так и будет.. Не это занимало Джослина в действительности. Он постукивал пальцами по серой папке — личному делу Тристрама (Тристрам прочел вверх ногами надпись «ФОКС» на обложке). — Бедняга Ньюик, — снова заговорил Джослин. — Он был хорошим преподавателем. А теперь лежит где то в Западной Провинции куском пятиокиси фосфора… Но думаю, что дух его живет, — задумчиво заключил он и вдруг поспешно добавил: — Живет здесь, в школе, я имею в виду. — Да, конечно. Дух его живет в школе. — Вот именно… А теперь к делу, — продолжал Джослин. — Вы были среди претендентов на его место. Я сегодня прочитал ваше досье… («Были»! Изумленный Тристрам с трудом проглотил комок в горле. «Были». Он сказал «были».) — Занятное чтение! Вы работали хорошо, я это вижу. И вы старший на факультете. И эта работа пришлась бы вам как раз по плечу. Джослин откинулся назад, соединил сначала кончики больших пальцев, потом мизинцев, потом безымянных, средних и указательных. Время от времени он подергивался. — Вы поймите, что заполнение вакансий зависит не от меня, а от Правления. Все, что я могу, — это дать рекомендацию.